Цена эмиграции. Некоторые санкции, например ограничения на выдачу виз и въезд, объясняются тем, что россияне недостаточно активно протестуют против ...
Татьяна Ашуркевич: «Беларусь — это не Лукашенко» 14.07.2026 Татьяна Ашуркевич: «Беларусь — это не Лукашенко» https://ruski.radio.cz/tatyana-ashurkevich-belarus-eto-ne-lukashenko-8891744#player=on Поделиться в социальных сетях Татьяна Ашуркевич: «Беларусь — это не Лукашенко»Продолжительность аудио 9:50 Фото: Ema Polívková, iROZHLAS.cz Татьяна Ашуркевич — белорусская журналистка-расследовательница и политический аналитик. После событий 2020 года она была вынуждена покинуть Беларусь. Сегодня она живет в Лондоне и пишет для европейских изданий. Одна из главных тем ее публикаций — попытка объяснить западной аудитории, что Россия и Беларусь — не одно и то же, а происходящее в этих странах нельзя воспринимать одинаково. Удается ли донести эту мысль до европейцев?— Мне сложно сказать, что Беларусь интересует западную прессу сама по себе. К сожалению, внимание к нашей стране возникает главным образом в контексте национальной безопасности, когда речь идет о безопасности самой Европы. За последние годы Беларусь стала известна прежде всего как страна-соагрессор, поддерживающая российскую войну против Украины. Для меня это очень болезненно, потому что сами белорусы эту войну совершенно не поддерживают.Татьяна Ашуркевич|Фото: Prague Civil Society CentreУкраинцы всегда были для белорусов очень близким народом, между нами существовали прекрасные отношения. Поэтому то, что в 2022 году с территории Беларуси запускались ракеты, стало для многих настоящим потрясением. Я сама была в Киеве утром 24 февраля и проснулась от звуков ракет за окном. Но даже для меня большим шоком оказалось то, что Лукашенко разрешил использовать белорусскую территорию для этих ударов.Поэтому сегодня на Западе прежде всего существует образ Беларуси как страны-соагрессора. Но одновременно существует и другой образ — страны, народ которой выступил против диктатуры.К сожалению, с 2020 года прошло уже много времени…— Именно поэтому я стараюсь объяснить западным СМИ, что в Беларуси существуют две совершенно разные реальности. С одной стороны — государственная машина и Лукашенко, которые творят всю эту дичь. С другой — белорусский народ, который этого не поддерживает.Когда удается показать ситуацию именно так, Беларусь становится для западной аудитории гораздо понятнее. Тогда и журналисты, и политики начинают воспринимать ее не просто как территорию между Россией и Европой, а как страну, с которой можно работать. Большинство белорусов придерживаются продемократических взглядов, хотят быть частью Европы и Европейского союза, а не России, от которой многие уже просто устали.В России и Беларуси правят схожие режимы, причем белорусский, возможно, даже более репрессивен, чем российский. Но при этом Беларусь не претендует на роль сверхдержавы, а государственная пропаганда все же отличается от российской. Отражается ли это на общественном мнении и отношении к войне?Владимир Путин и Александр Лукашенко|Фото: Kremlin.ru, — Мне кажется, ответ дают уже сами социологические исследования. Если говорить об отношении общества к войне, то очевидно, что большинство россиян, я сейчас не имею в виду диссидентов и так называемых иностранных агентов, либо поддерживают войну против Украины, либо предпочитают делать вид, что ее не существует. Они относятся к происходящему совершенно равнодушно. Мол, убивают украинцев — ну и убивают.В Беларуси такого отношения нет. Несмотря на то. что к 2022 году людей уже давно сажали на огромные сроки и любой протест практически гарантировал тюремное заключение, после начала полномасштабного вторжения многие белорусы, стоявшие в очередях в магазинах или банках, просто начинали кричать: «Нет войне!» Они не могли поверить, что война действительно началась и что Беларусь оказалась в нее втянута.Эти люди сознательно шли на огромный риск. Они понимали, что могут получить реальные сроки, но не смогли промолчать. Для них было важно хотя бы публично сказать, что они против.Цена эмиграцииНекоторые санкции, например ограничения на выдачу виз и въезд, объясняются тем, что россияне недостаточно активно протестуют против войны и режима Путина. Белорусы, как известно, массово протестовали против Лукашенко. Вы также говорите, что они критически относятся и к войне против Украины. Как в этом контексте вы оцениваете санкции в отношении белорусских граждан?— Мне больно видеть визовые ограничения и вообще любые меры, которые затрагивают белорусских диссидентов. Среди нас есть люди, которым уже далеко за шестьдесят. Они хотели спокойно прожить свою жизнь в Беларуси, но из-за преследований были вынуждены уехать в Польшу, Литву, Латвию или Чехию, где им приходится с нуля учить язык и буквально заново строить свою жизнь.Фото: Ema Polívková, iROZHLAS.czА затем они сталкиваются с необходимостью постоянно доказывать, что не поддерживают Лукашенко. Это очень тяжело.У меня самой шесть уголовных дел — и в Беларуси, и в России. Мой паспорт действует до 2031 года, и сейчас я постоянно ношу его в водонепроницаемом пакете, потому что боюсь, что с ним что-нибудь случится. Если он, например, намокнет, я уже не смогу заменить его за границей.Когда мне приходится получать шенгенские визы, я сталкиваюсь с огромными трудностями. Конечно, это тяжело. Но дело не только в визах. Жизнь в эмиграции сама по себе очень непроста.Я покидала Беларусь на лодке. Мне был всего двадцать один год. Вместе с контрабандистами, перевозившими сигареты, я нелегально пересекла границу. Так я оказалась в другой стране. У меня не было почти ничего — только белые кеды и паспорт. С этого и началась моя новая жизнь.А теперь представьте людей, которым шестьдесят или семьдесят лет. Когда человек внезапно оказывается в эмиграции, он прежде всего думает о том, как выжить. А если при этом ему еще приходится постоянно доказывать окружающим, что он не поддерживает Лукашенко, действительно боролся с этим режимом и вообще является порядочным человеком, это становится почти невыносимым.Фото: René Volfík, iROZHLAS.czМногие этого не выдерживают. Я знаю случаи, когда среди белорусских диссидентов люди совершали самоубийство. Некоторые решают вернуться в Беларусь, хотя прекрасно понимают, что против них возбуждены уголовные дела. Просто потому, что им кажется: лучше отсидеть дома, чем умереть где-нибудь под мостом в европейской стране.Тем не менее санкции направлены прежде всего против белорусского государства и его властей. Обычные граждане становятся их вторичными жертвами.— С другой стороны, я понимаю и европейские страны. Для них Беларусь и Россия — соседние государства, которые воспринимаются как агрессоры. Именно власти этих стран спровоцировали миграционный кризис на границе. Поэтому я понимаю и эту сторону. Для меня это один из самых сложных вопросов.Что будет после Лукашенко?Александру Лукашенко 71 год, и он правит Беларусью уже более тридцати лет. Можно ли сказать, что главная надежда Беларуси сегодня связана лишь с биологией? Что реальные перемены начнутся только после его ухода?— Это очень сложный вопрос, над которым сегодня размышляют, наверное, все белорусы.Есть несколько возможных сценариев.Александр Лукашенко|Фото: Okras, Wikimedia Commons, Самый очевидный сценарий — тот, о котором вы сказали. После смерти Лукашенко к власти приходит демократический лидер, которому удается воспользоваться открывшимся окном возможностей и провести необходимые реформы до того, как Беларусь окажется под полным контролем очередного ставленника Москвы.Да, Лукашенко уже немолод. Мне вообще было бы неприятно рассуждать о смерти любого другого человека. Но когда речь идет о Лукашенко, мне, честно говоря, все равно. Поэтому я действительно говорю: будем ждать, когда он умрет и ситуация изменится. Такой сценарий остается вполне реальным и, наверное, был бы самым благоприятным.Но возможен и другой вариант. Власть может перейти к одному из его ближайших соратников или даже к одному из сыновей. Тогда система просто сохранится. Люди по-прежнему будут бояться выходить на протесты, а Европа, возможно, не сможет вовремя поддержать проведение действительно важных реформ.Есть и третий сценарий — самый тяжелый, но, к сожалению, вполне возможный. К власти может прийти российский или откровенно пророссийский ставленник, который будет последовательно проводить политику Москвы. Тогда Беларусь станет еще более милитаризованной, окажется напрямую втянутой в войну против Украины, а белорусский язык будет окончательно вытеснен русским.К сожалению, это тоже вполне реальный сценарий. Если посмотреть на то, как сегодня развиваются события, исключать его нельзя. Именно этого я боюсь больше всего.Поэтому сказать, какой из этих вариантов наиболее вероятен, очень трудно. Я не хочу ничего предсказывать. История показывает, что, когда речь идет об авторитарных режимах, ожидания эмиграции почти никогда не совпадают с тем, что происходит в реальности.Эмиграция может выбирать своих лидеров и надеяться, что однажды именно они возглавят демократическую Беларусь. Но история показывает, что так бывает редко. Чаще всего к власти приходят либо люди из прежней системы, либо те, о существовании которых еще совсем недавно никто даже не подозревал. Автор: ключевые слова: Связанный статьи на ту же тему читайте читайте и слушайте нас самое популярное Полезные ссылки О Radio Prague International Партнеры Читайте и слушайте нас © 1997-2026 Radio Prague International
Источник: https://ruski.radio.cz/tatyana-ashurkevich-belarus-eto-ne-lukashenko-8891744
